Статья основана на материалах научного обзора (оригинал: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/1369118X.2020.1776370#abstract). В подготовке материала помогли эксперты https://spb.tran-express.ru/.
Вопреки рискам, машинный перевод (МП) нашел свою нишу в юридической практике. Однако его применение четко разделяется на допустимые и крайне опасные сценарии, особенно когда речь заходит об иммиграционных делах и вопросах конфиденциальности.
Использование машинного перевода
Далеко не любое использование машинного перевода в юридической сфере запрещено или нецелесообразно. Существуют контексты, где технология приносит пользу, ускоряя рутинные процессы, однако они требуют четкого понимания ее ограничений.
Например, при досудебном представлении доказательств (e-discovery) риск использования МП часто считают низким. Данный этап включает поиск и обмен огромными объемами юридической информации между сторонами. Машинный перевод здесь выступает как допустимый инструмент для первичного отбора и анализа материалов, позволяя юристам быстро понять общую суть документов («gist translation») без значительных затрат.
Однако обычно подчеркивается, что как только информация из этих документов отбирается для использования в качестве официального доказательства, «сырой» машинный перевод должен быть заменен профессиональным человеческим.
Другой юридический контекст, где использование МП допускается более широко, — это подача и обработка патентных заявок. Руководство Управления США по патентам и торговым маркам разрешает проверяющим использовать МП, например, при отклонении заявки. Тем не менее, даже здесь риски сохраняются. Неверный перевод всего одного технического термина в патентной формуле может кардинально изменить ее охват и привести к многомиллионным убыткам или судебным разбирательствам в будущем.
Использование машинного перевода также может иметь серьезные последствия для рассмотрения иммиграционных заявок, в некоторых случаях усугубляя проблемы меньшинств и уязвимых лиц. В одном из случаев достоверность заявки соискателя статуса беженца в США была поставлена под вопрос после представления машинного перевода формы заявки, содержавшего смысловые неточности.
Кроме того, особое внимание было привлечено к проблемам с конфиденциальностью и этикой при использовании МП сотрудниками иммиграционной службы. На основании доклада Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, Оукс ссылается на использование машинного перевода при взаимодействии с детьми-мигрантами на границе США и Мексики.
Доклад содержит детали того, как сотрудник вводил все вопросы иммиграционной формы в Google Переводчик и зачитывал их вслух девочке. У ребенка возникали сложности с пониманием из-за того, что сотрудник плохо говорил по-испански, а машина выдавала искаженный перевод, что создавало дополнительный психологический стресс в и без того травмирующей ситуации.
В Канаде использование машинного перевода супружескими парами часто интерпретируется иммиграционными службами как признак фиктивных отношений. В одном случае наличие языкового барьера, который пара преодолевала с помощью МП, было сочтено возможным признаком фиктивного брака.
В другом примере использование МП расценили как отсутствие попыток изучения английского языка со стороны заявителя, что поставило под вопрос подлинность отношений. Подобная логика не учитывает множество социальных или экономических факторов, которые могут мешать паре изучать язык, и ошибочно приравнивает использование доступной технологии к отсутствию искренних намерений.
Машинный перевод также может напрямую влиять на соблюдение законного права на конфиденциальность. В одном из дел было высказано предположение, что использование Google Переводчика супружеской парой может лишить их права на супружескую привилегию (неразглашение содержания разговоров).
Несмотря на то, что в конкретном деле эта линия не получила развития, она вскрывает фундаментальную проблему: сам факт использования общедоступного онлайн-инструмента машинного перевода является потенциальным нарушением конфиденциальности. Любая введенная в него информация может быть сохранена, проанализирована и доступна поставщику инструмента (например, Google).
Для юристов это означает риск нарушения адвокатской тайны, а для частных лиц — передачу чувствительных данных третьей стороне без каких-либо гарантий их защиты. Здесь также возникает вопрос об использовании МП при общении врача и пациента, которое обычно защищается строгими правилами конфиденциальности.
Законодательство в Российской Федерации быстро меняется, поэтому информация в данной статье могла потерять актуальность. Для получения ответа на интересующий Вас вопрос позвоните адвокату по телефону: +7(926)254-36-86.
